КУРЕНИЕ ТАБАКА: AB OVO

ТАК ЭТО НАЧИНАЛОСЬ
ТРУБКИ, СИГАРЫ, СИГАРЕТЫ

Так это начиналось

История

1492 год от Рождества Христова. Маленький островок Тобаго в Карибском море, неподалеку от северо-восточного побережья земли, которая через несколько веков получит название "Венесуэла". Первый корабль, причаливший к острову – разумеется, под командованием адмирала Христофора Колумба. Моряки сходят на берег, чтобы пополнить запасы; их встречают местные жители, для индусов довольно странные. Знаменитый мореплаватель должен был бы догадаться, что открыл он отнюдь не новый путь в Индию: разве жители Индостана, уже тогда имевшие прочный контакт с европейцами, умели дышать дымом листьев загадочного растения? Впрочем, странность эта Колумба не насторожила, и некий Родриго де Херес, бывший капитаном одного из судов эскадры стал, очевидно, первым европейцем, рискнувшим попробовать странное зелье. Судьба первопроходца никогда не была легкой: при возвращении на родину де Херес, успевший стать большим энтузиастом табакокурения, был арестован и три года провел за решеткой. Впрочем, обо всём – по порядку.

Вопреки распространенному мнению, индейцы подошли к первым бледнолицым гостям вовсе не с "трубкой мира". У аборигенов западно-индийских островов уже тогда практиковалось четкое разделение ритуального и бытового курения. И если в индейские трубки, которые в особо торжественных случаях мог закурить шаман или вождь, входил, судя по всему, не только табак (иначе как объяснить экстатическое состояние, в которое впадали участники ритуального курения?), то простые островитяне курили нечто, предельно напоминающее сигару – скрученную, правда, не самой умелой рукой. Огромный размер, непросушенный табак – аутентичная гаванская сигара, пожалуй, одним своим видом могла бы вызвать обморок у современного утонченного ценителя табака.

Оригинальные африканские курительные трубки
Трубка из Африки

Тем временем, первое документированное упоминание о курительном табаке датируется VII – VIII вв. нашей эры. Именно к этому периоду относится изображение курильщика-майя, найденное на глиняном сосуде. Очевидно, курение распространилось по американскому континенту гораздо раньше: уже к I в. до н.э. табачный куст, Nicotiana Tabacum, рос на всей территории континента. Судя по всему, такое быстрое распространение (еще за 6000 лет до н.э. ареал табака был весьма узок) не могло быть спонтанным: табачный куст культивировался сознательно. А благодаря экспедиции Колумба и первому энтузиасту, капитану "Ниньо" Родриго де Хересу, табак продолжил свое триумфальное шествие и в Старом Свете.

Конкистадоры, мореплаватели, торговцы и прочие люди "трудных профессий", посещавшие Америку, на удивление быстро пристрастились к новому "искусству". Разумеется, понимание это пристрастие нашло не сразу: так, Инквизиция приравнивала курение к колдовству (а чем чревато в начале XVI в. было такое обвинение, каждый знает из учебника истории), а в Англии курильщикам без всяких изысков рубили головы. Остается только удивляться тому, что несмотря на такое давление, курение табака постепенно распространялось по всему Старому Свету.

Загадка, впрочем, решалась просто: табак нашел свою лазейку, получив статус "лекарственного растения"; считалось, что в табаке содержится лекарство от, как минимум, 36 заболеваний – такое заключение вынес испанский врач Николас Мондарес. В 1566 году Жан Виллемейн преподносит королеве Франции Екатерине Медичи, страдающей жестокими головными болями, "порошок от мигрени". Как ни странно, нюхательный табак действительно помог – сказался ли "эффект плацебо", или же табак и в самом деле обладает определенными целительными свойствами, науке неизвестно. Так или иначе, но уже несколько лет спустя вся французская аристократия с удовольствием нюхала табак, а Жан Нико де Виллемейн стал одним из первых европейских "табачных плантаторов". Франция, в свою очередь, стала общепризнанной табачной столицей Старого Света.

Европейская трубка 18 века
Трубка из Европы

Знаменитый британский дворянин, сэр Уолтер Рэйли, вернулся на родину в 1585 году из североамериканской Вирджинии. Вернулся, разумеется, курильщиком. Распространенный исторический анекдот гласит, что слуга сэра Уолтера, впервые увидев своего хозяина курящим, подумал, что тот горит, и "потушил" его пивом. Правда это или нет, никто уже не знает, но факт остается фактом: на рубеже XVI и XVII вв. курение превратилось из экзотической склонности, чуть ли не "бесовщины", в социально приемлемое явление. Даже антитабачная политика короля Англии Якоба I, завершившаяся, в том числе, и казнью самого сэра Уолтера Рейли (вряд ли за одно лишь курение), не смогла стать преградой на пути нового общественного увлечения. Курение ушло в народ, и бессильными оказались как светские власти, так и церковь. Выгоде от торговли табаком не могло противостоять ни одно правительство.

В России, а особенно в деревянной Москве, где регулярно бушевали пожары, к курению относились с крайней нетерпимостью: при Михаиле Федоровиче злостным курильщикам отрезали уши, а после великого пожара 1634 года Алексей Михайлович велел курильщиков казнить без права милости. Лишь в 1697 году, когда Петр I вернулся из европейских странствий, драконовские меры были отменены, и курение, наряду с картофелем и бритьем бород, стало насаждаться по всей стране.

"Зона рискованного земледелия", объединяющая едва ли не всю нашу страну, не слишком подходит для культивации настоящего табака. Плантации, заложенные в южных регионах, на Кавказе и Кубани, не могли удовлетворить потребность в табаке, который "пошел в народ". И тогда на помощь курильщикам пришло новое растение - Nicotiana rustica, а попросту махорка, появившаяся на свет в результате близкородственного скрещивания нескольких дикорастущих видов рода Nicotiana. Махорка, не отличаясь (мягко говоря) ароматом и тонким вкусом, явилась растением крайне неприхотливым и удобным в культивации; несмотря на отвратительные потребительские качества, махорку до сих пор выращивают в промышленных масштабах, а в современной российской деревне трудно найти огород, где не рос бы знаменитый "самосад".

Трубки, сигары, сигареты

Сигары
Сигары

Как известно, и трубки, и сигары (точнее, их древние прообразы) появились на свет примерно в одно и то же время – индейцы, встреченные экспедицией Колумба, прекрасно знали и то, и другое. Сигары не отличались изяществом, трубки были, прямо скажем, неудобны (практиковалось, в том числе, и "курение через нос", для чего трубки оснащались двумя длинными тонкими мундштуками), но уже тогда табакокурение развивалось по двум путям: ритуальное искусство, с одной стороны, и утоление наркотической потребности – с другой.

За прошедшие века табак употребляли (и употребляют) множеством способов: его курят, его нюхают, его жуют. Но целей употребления табака больше не стало, лишь искусство и наркотическое потребление разошлись еще дальше. И если сигара – после долгих колебаний – отошла к области искусства, где наряду с трубкой пользуется устойчивой популярностью, нюхательный и жевательный табак окончательно переместился в сферу забавной экзотики, то возникшая буквально "из окурка" сигарета стала настоящим бичом современного общества. Легенда гласит, что прообразом сигареты служила самокрутка, набитая измельченными сигарными окурками – так наивные простолюдины пытались прикоснуться к захватывающему миру людей богатых и знатных. Сигареты, "солдатские сигары", завоевали мир курильщиков лишь в начале XX века, перед Первой мировой войной. Вообще, в мире табака всё происходит очень быстро – и спустя какой-то десяток лет подавляющее большинство курящих, тех, кто не видел в потреблении табака искусства, перешли на сигареты.

Кальяны
Кальяны

Казалось, культура курения навсегда погребена под толстым слоем сигаретного пепла, а трубка останется уделом чудаков и эстетов. Тем не менее, на протяжении всего XX века, трубки периодически входят в моду и привлекают многих из бесчисленной армии потребителей сигарет. Относительно низкий вред от курения трубки, особая аура, сложившаяся вокруг этого занятия, наконец, притягательность самой трубки как эстетического явления – всё это заставляет предположить, что процентное соотношение любителей трубочных табаков по отношению к "простым курильщикам" будет только расти. Это тем более верно, если учесть, что в результате проводимых компаний по борьбе с табакокурением количество потребителей сигарет в развитых странах неуклонно снижается, а на среду любителей трубки пропаганда такого влияния не оказывает. Трубка располагает к осознанному потреблению табака, к наслаждению самим процессом, а не к утолению никотиновой зависимости; трубка – это искусство, а искусство всегда сильнее бездумного потребления.